МОЯ ПЕРВАЯ ЩУКА.. 30-летию моего спиннингового стажа посвящается (репост 2003 года)

85    Давным-давно, в 1973 году  впервые в руки мне попал спиннинг. Этому событию предшествовал некоторые обстоятельства. Во-первых, родился я в деревне Осетровка Тамбовской области, которая  стоит ровно в 10 шагах от реки Лесной Воронеж. Вот так и стоит деревушка — 10 шагов и речка. Вот это и является во-вторых, а может быть и в-первых. А в-третьих, каждое лето я проводил на берегах этой чудесной реки по три месяца к ряду и был абсолютно предоставлен себе.

 

image

image

   В деревне Осетровка было всего 10 дворов и жила она размеренной крестьянской жизнью от рассвета до заката. Кстати, название не имело никакого отношения к рыбам из  семейства осетровых, а издавна велось от известной фамилии Осетровых. Были среди них и помещики, и промышленники, и бравые гусары, и холеные леди… разметало их после революции по всему свету. Последняя представительница этой фамилии – баба Настя,  умерла в Осетровке в окружении целого стада ухоженных козочек и козлят в 76 году  прошлого века, так и не дождавшись возврата собственности от Советов.

 

image

   Река была небольшая и текла она, петляя в живописных берегах, чередующихся веселенькими песчаными пляжами и крутыми глинистыми обрывами, с искрящимися перекатами и глубокими темными омутами. Говорливые быстрины чередовались с вальяжными плесами и была в Лесном Воронеже удивительной прозрачности и чистоты вода.

 

image

   В реке водилась огромное количество самых разных  рыб. Была в ней и разношерстая суетливая  мелкота, но славилась река прежде всего отменными экземплярами. Встречались в ней медные лещи размером с таз, красавцы язи, щеголяющими красным оперением, сазаны с чешуей в металлический рубль, пятнистые широченные щуки, бархатистые налимы и солидолистые сомы. Однако ловили в деревне рыбу только дряхлые деды и малолетние хулиганы. Из таковых в деревне Осетровка наблюдались только дед Александр Иваныч да я.

 

image

   Несмотря на рыбное название деревни, рыбалку в Осетровке считали совершенно бездельным занятием и относились к нашим рыболовным экспериментам снисходительно, учитывая старческий маразм деда и мое малолетство. Я каждое утро кошке на завтрак с мостушки ловил на жиденькую ореховую удочку жирнющих пескарей, сверкающих плотвиц и резвых окушков. Регулярно по вечерам, дед сутулясь, в неизменной засаленной фуфайке, с корявыми удочками на плече следовал по узкой  улочке, зажатой между деревенским плетнем и речным обрывом, к одному ему  известному месту на реке. Уже в сумерках он так же неспешно возвращался домой и всегда на кукане, сделанном из ивовой ветки, был то приличных размеров  язь, то лещ, а  то и сомишка.

   Нет, рыбу конечно в речке ловили и другие, но считалось это откровенным баловством, тем более непринято было сидеть с удочками на берегу. В основном мужики по половодью колпаком  душили мешками пятнистых щук, а осенью сетями язей ботали. В остальное время лишь изредка кто-нибудь бредешок по плесу протащит или пацаны вперемежку с раками из нор налимов насшибают. Рыбу в деревне не то что бы не ели, но за особый деликатес не считали.

   Серьезные изменения в пренебрежительное отношение к рыбалке в деревне внес мой батька – Владимир Михайлович. Именно он привез в деревню в начале семидесятых первую бамбуковую двухколенную удочку, поплавки заводского изготовления и вообще придал этому занятию ореол значимости. Батька мой был уважаемой личностью  и народ, с его легкой руки, потянулся к новой забаве. Сам он этому занятию отдавался по полной… До сих пор помню его всего мокрого,  радостного и возбужденного, вернувшегося с утренней зорьки с огромным красавцем сазаном, пойманным после трехдневного высиживания. Ну, а уж когда он научил местных по секретному касимовскому рецепту уху готовить, то понеслось-поехало. Теперь у каждого дома стояли удочки. На берегах появились обустроенные засидки с рогатульками. Стали местные мужики все чаще урывать время от крестьянского труда и посиживать на речке. Гонишь вечерком с выпаса корову  домой и то тут, то там видишь взметнувшееся удилище, что еще недавно было большой редкостью. И стали мужики «после третьей» вместо игры в карты спорить о достоинствах клинской лески, да хвалится новыми поплавками, зацепистыми крючками и показывать мастер-класс по забросу.

 

image

   Конечно, удочка это здорово, чудесно это созерцание поплавков, приятно потаскать на тонкую снасть упитанных карасей, но когда Михалыч привез в очередной отпуск спиннинг — мир перевернулся. Это было короткое бамбуковое удилище, с деревянной ручкой и скользящими кольцами на нем для крепежа катушки. Катушка, конечно же Невская с желтоватой клинской леской 0,8. Приняв обязательные 250 за приезд, батька собрал спиннинг и вышел на берег Лесного Воронежа. Все местные высыпали на улицу поглядеть на очередные чудачества городских. Под веселые прибаутки и смех земляков Михалыч сделал первый неумелый заброс. Блестящая железяка в форме ложки неловко плюхнулась метров за 15 от берега в темный омуток и под громкие советы тянуть быстрее он начал, возможно, первую спиннинговую проводку в Лесном Воронеже. На полпути к берегу, леска неожиданно натянулась как тетива и начала быстренько двигаться против течения наперекор всем законам природы. Зрители издали громкий Ах! и батька через минуту выволок на берег зубастую красавицу килограмма на полтора. Конечно же, второй заброс ничего кроме огромной бороды не принес и все дружно двинулись праздновать приезд, удачную рыбалку и делится новостями.

   Спиннинг стал вездесущим. Теперь мужики везде таскали его с собой. Частенько с первого заброса попадались щуки, а изредка язи. Запас блесен был небогатый – всего несколько ложек и вертушек и его берегли. Батька быстро наловчился делать точные забросы под коряги и делал филигранные проводки среди зарослей водяных лилий. Частенько случались бороды, но среди его трофеев уже была семикиловая щука. Я не пропускал ни одной спиннинговой рыбалки, но спиннинг мне не давали — сломаешь, оторвешь блесну, за ухо себя поймаешь. Теперь с особым интересом я разглядывал с крутояров щучек, плавающих среди водной растительности и дразнящих своей недосягаемостью, вынашивая планы их поимки, когда чудо-снасть окажется в моих руках.

 

image

   Отпуск у батьки закончился и он уехал в Рязань, оставив спиннинг деревенской родне, которая с его помощью наносила ощутимый урон щучьему поголовью в реке.

   В жизни каждого рыбака наступает момент, который он запоминает на всю жизнь. Таких знаменательных моментов может быть и несколько, но всегда есть самый яркий, который самый-самый-самый. Расскажу о своем..

   Однажды теплым погожим августовским вечером я, воспользовавшись недосмотром взрослых рыбаков, взял спиннинг и отправился на Митянину яму. Это был огромный омут метрах в 200 от деревни и по существующей легенде в этой яме сом съел пьяного мельника Митяню. Воспитательный потенциал данной легенды был весьма действенным и это место, побаиваясь свалится с кручи, все обходили стороной. Действительно, утонуть в этой яме не представляло особого труда – глубина метров 18, на отвесный берег без посторонней помощи вряд ли выберешься, а тут и там возникающие водовороты добавляли жути. И была там крупная рыба. По вечерам мощные удары  сотрясали водную гладь Митяниной ямы и эхом доносились до деревни. Именно в этой яме и поймал мой батька самую крупную щуку. Естественно я сразу же отправился ловить этих огромных рыб. А чего же на мелочь размениваться?

 

image

image

   Много раз я представлял, как сделаю свой первый заброс. Как блесна полетит далеко и ее схватит огромная щука. Как я буду бороться с ней, вытащу и будут мне завидовать все взрослые рыбаки. И действительно, заброс получился дальним, что называется со всей дури. Но притормозить катушку пальцами  неудалось и в результате приключилась такая бородища из лески, что я сразу понял — пистон он взрослых рыбаков мне гарантирован.

   Поимка огромных рыб отодвинулась на будущее и я судорожно подергивая леску начал грустно распутывать бороду. Процесс оказался нудным и длительным. Только освободишь одну петлю, как другая затягивается — прям наваждение какое-то..

   Солнце багровым кругом уже собиралось окончательно упасть за горизонт. Над водой поплыл туманчик. Посвежело. Вдруг я осознал, что мне кто-то давно мешает распутывать леску и понял причину подергивания на ее противоположном конце… Нет, не лески, а нерва! Такого я не испытывал еще никогда.  Самым крупным моим трофеем был в то время киловый карась, пойманный на удочку. Да-а-а… это была ОЧЕНЬ большая рыба!

 

image

  Я впервые увидел великолепный прыжок огромной щуки… да что увидел… я ощутил это всем телом… А события развивались молниеносно. Мне бы тянуть за леску, а я начал наматывать ее на катушку и не разобранная до конца борода окончательно ее заклинила. Я бросился бежать со спиннингом по берегу, в конце концов намереваясь выволочить рыбу на берег и это почти удалось. Я дотащил щуку до прибрежных камышей и уже видел ее… Это была огромная зубастая красавица. Я как зачарованный глядел на беснующуюся в багровых отсветах заката  громадину, которая в метрах 20 от меня разбрасывала тучи брызг. Леску я конечно же прослабил и моя первая щука… моя огромная щука… махнув на прощание хвостом ушла восвояси.

 

image

  Я был расстроен, разочарован и… покорен безумной силой и красотой этой рыбины. До сегодняшнего дня я анализирую те минуты. Похоже, что щука взяла на падении блесны… А может со дна при подергивании? Сколько она проболталась на тройниках? Где-то не меньше полчаса… Эх!

   Вернулся я с реки счастливый. Захлебываясь рассказывал о том, как чуть было не поймал большую щуку. Конечно, мне ни кто не поверил и нагоняй за перепутанную леску от взрослых я получил. Но после этого случая спиннинг мне стали доверять. Первую щучку я поймал через пару дней и была она на кило… ну может с небольшим.

   Так и заразился я этим увлекательным занятием под названием СПИННИНГ. Есть что-то совершенно удивительное в этом противоборстве рыбака, вооруженного обычной железякой на леске и рыбы. Каждый заброс и проводка таят в себе таинство и открытие, а может быть и долгожданную победу над пресноводной акулой под названием щука. Сколько я их переловил, этих зубастых, за 30 лет, а ведь той огромной так и не поймал. Снится по ночам… подмаргивает мне и усмехается зубастой пастью… Подросла теперь уже… Наверное, кил 15 в ней точно есть… А тогда на пятерку была! Честно… Не вру!

 

image

   Ну да ладно…поймаю еще… какие мои годы!

   А самую уловистую блесну в своей жизни я сделал сам из серебряного николаевского рубля, найденного в сундуке на чердаке в полуразрушенном доме покойной бабы Насти Осетровой. Лежал он среди старинных фотографий франтоватых господ и расфуфыренных мадмуазелей, которые, не смотря на свою рыбью фамилию, не знали счастья рыбалки спиннингом..

18.07.2003

   ЗЫ: Для ислюстрации использовал несколько фото из открытых источников:)
Мне нравится
Комментарии (0)
Поделиться